ПЕРВЫЙ АККОРД ПРАЗДНИКА -- 22 АВГУСТА, ПОСЛЕДНИЙ -- 28-го

Организаторы планируют провести его в столице пышно и со вкусом

Екатерина НОВОСВИТНЯЯ
"ФАКТЫ"

После майских и июньских всенародных праздников, где, как киевляне помнят, не обошлось без драк, столица получила небольшой перерыв и собирает силы, чтобы торжественно отметить День Независимости государства.

Самое яркое событие -- освящение Успенского собора 28 августа

-- Как раз сейчас горячая пора, -- говорит начальник Главного управления культуры столичной госадминистрации Александр Быструшкин. -- Заявки на использование основных городских площадей подаются за полгода, и победят лишь те, у кого лучше концепция, интереснее сценарий, хороший подбор исполнителей.

-- Многие говорят, что канва таких праздников, как День Киева и День Независимости, не меняется годами: парусные регаты, марафоны, шахматные турниры, концерт под названием "Дитячий цвiтограй""...

-- Я бы не сказал! В прошлом году на Майдане Незалежности киевляне увидели спектакль "Царь Эдип", в нынешнем им показали "Кармина Бурана". Программа праздников составляется коллегиально, а если управление по физкультуре и спорту и управление внутренней политики предлагают свои мероприятия, я не могу спорить и отказывать профессионалам.

22 августа в девять часов вечера на Михайловской площади в музыкально-литературной композиции Евгения Станковича и Дмитра Павлычка "До Тебе, Господи, взиваю!" будет петь Нина Матвиенко. Мы обязаны отдать дань тем, кто погиб -- не дожил и не увидел свою родину свободной. Услышав недавно это произведение, посвященное жертвам голодомора, я был потрясен его необычайной эмоционально-художественной силой. Думаю, для города это станет событием. Представьте: на площади Национальный симфонический оркестр, два объединенных хора -- им. Веревки и радио и телевидения, сольные партии нашей Нины перемежаются стихами в исполнении Тараса Штонды!

По своему психологическому воздействию это музыкально-литературное действо сравнимо только с одним -- с торжественным освящением Успенского собора Киево-Печерской лавры -- 28 августа на Успение Пресвятой Богородицы. Композиция была включена мною в список в последний момент, и если что-то сорвется, отвечать стану я один. Между прочим, в День Конституции мы ушли от всякой помпезности, выпустив на лучшие площадки Киева авторскую, афганскую, кобзарскую песни...

Живой звук на городских праздниках -- редкость

-- Изысканно-эстетическим планируется концерт за спонсорские деньги "Вiльна птаха" Ольги Крюковой, который должен был состояться еще на День Киева, -- продолжил Александр Павлович. -- Вечером 26 августа, перед Оперным театром в сопровождении оркестра из Польши, который приезжает специально для поддержания дружеских отношений с нашей страной, Ольга представит киевлянам программу из песен, исполненных на пяти языках. И петь будет "вживую"!

-- А живой звук на массовых праздниках -- редкость?

-- Мы всегда просим артистов петь "вживую" под музыкальную фонограмму, но это редко удается. В нынешнем году, помню, "Братья Карамазовы" так пели, "Чикагский блюз"... Конечно же, все народные коллективы поют "вживую".

На Певческом поле выступят народные коллективы изо всех регионов Украины. Без финансовой поддержки областей мы бы их не смогли собрать. Представьте: на проведение праздника выделено 250 тысяч гривен. 60 тысяч стоит оформление города, 10 тысяч -- автобусы для милиции, плата за электроэнергию. На оставшиеся деньги нужно соорудить сцену, установить звуковую и световую аппаратуру, привезти артистов. Потому мы, как загнанные лошади, -- в погоне за спонсорами...

-- По-моему, во время массовых праздников эти спонсорские рекламные кампании только портят общее впечатление. Те, кто их проводит, хоть советуются с управлением культуры по поводу сценариев?

-- Понимаете, у них очень "умные" менеджеры. Потому мы лишь смотрим, чтобы действие не выходило за рамки праздника и не было откровенной вульгаризации...

-- Кому же в прайм-тайм будет отдана главная площадь города?

-- Режиссеру Петру Качанову с его гала-шоу лучших исполнителей современной музыки и парадом фейерверков, которые проводятся за деньги организаторов и приличные гонорары. Одновременно на Европейской площади будут гостить "Таврiйськi iгри". Подобных совмещений мы больше не допустим. Так же, как и рева на Певческом поле. Хотя я предупреждал перед Днем молодежи, что нельзя выпускать на склоны Днепра недозрелые подростковые рок-группы, меня не послушали. И что получилось? Спровоцировали драку...

Шум и рев на площадях отменяются раз и навсегда

-- Таким образом, для рока в программе готовящегося праздника не найдется места?

-- Он будет дозированным. Сплошной рев, в котором не разобрать ни единого слова, отменяется раз и навсегда! Те, кто хочет организовать в столице рок-концерты, пусть пишут заявки на стадионы, как делают это во всем мире. Там направленный звук -- включай хоть до 80 децибел, замкнутое пространство -- можно проконтролировать всплески любых эмоций.

На День молодежи я на Певческом поле час простоял, слушая неразборчивые дикие вопли. Потом спрашиваю у группы "Кому вниз": "Хлопцы, я разберу хоть одно слово за весь концерт?" И знаете, что они мне ответили? "Ми спiваємо Шевченка!" Разве это популяризация классики? Площади города не для таких мероприятий.

Поэтому я очень рад, что Киевсовет принял решение ограничивать использование Майдана Незалежности для массовых концертов -- в зависимости от репертуара и по времени -- лишь три часа с момента пробы звука.

-- И в выходные дни на Крещатике будет тихо?

-- Да, больше издеваться над жителями центра никому не позволим. Решение горсовета уже есть, но пока не подписано городским головой.

На Новый год все планы строго засекречены

-- Самый сложный -- в смысле подготовки -- праздник еще впереди?

-- Всегда сложно подготовить День Киева. В первые годы нам нужно было людей вытащить из кухонь, показать, какой красивый наш город, дать заряд оптимизма. А теперь стараемся сделать не хуже, чем раньше. Сейчас готовимся к встрече третьего тысячелетия -- думаю, это будет самая насыщенная программа за всю нашу историю. Есть уже заявки-предложения. Очень интересные, но не скажу, какие -- секрет. Главное, чтобы были деньги. Все начнется вечером 31 декабря на Майдане Незалежности. Сюрприз для киевлян будет грандиозным.

А Рождество Христово отметим на Михайловской площади лазерным шоу, какого в Киеве еще не видели. Но сами понимаете, пьянство и жлобство могут испортить любую, самую гениальную и дорогую программу.

ВЛАСТИ ЛУГАНСКОЙ ОБЛАСТИ ЗАПРЕТИЛИ ГРАЖДАНАМ ХОДИТЬ НА ПРОГУЛКИ В ЛЕС

Бушуют лесные пожары. По мнению пожарных, практически во всех возгораниях виновен человек

Олег ТРАЧУК
"ФАКТЫ" (Луганск)

В минувшие дни в Счастьинском лесничестве Луганской области выгорело около 74 гектара лесов, из них 24 гектара хвойных деревьев уничтожил верховой пожар.

Как сообщили в ЦОС управления государственной пожарной охраны Луганской области, на тушение пожара выезжало 14 единиц специальной пожарной техники и около 80 человек личного состава. Луганская обладминистрация издала распоряжение, запрещающее жителям даже заходить в хвойные леса.

-- За пять лет выгорело более 20 тысяч гектаров лесных массивов, -- с горечью констатирует заместитель начальника Луганского областного управления Государственной пожарной охраны УМВД в Луганской области Игорь Савенев. -- И если так будет продолжаться и дальше, то через семь-восемь лет область станет песчаной пустыней, а ведь Донбасс -- один из самых экологически неблагоприятных регионов Европы.

Большинство всех возгораний не случайно. К примеру, сейчас пошли так называемые верховые пожары -- страдают только верхушки деревьев. Возникает подозрение, что пожары -- дело рук человека: к примеру, плеснули бензином на верхушки деревьев и подожгли. Факт лесного пожара есть? Есть. Следовательно, лес автоматически считается "горельником" и подлежит вырубке в кратчайшие сроки, так как горелые деревья быстро засыхают и пропадают. Мало того -- они становятся своего рода переносчиком лесных болезней. Поэтому и идет интенсивная разработка "горельника".

В районе самых больших в области кременских лесов перед крупнейшим пожаром в 1996 году было построено 28 лесопилок. А выгорело тогда около 10 тысяч гектаров! Но сырье заканчивается, и вновь то там, то здесь полыхает в лесах пламя, а разного рода дельцы греют на нем руки. Причем возгорается не в глухомани, где плохой лес и нет дорог, а возле транспортных развязок, чтобы можно было без особого труда вывозить деревья.

Прошлым летом представители управления по борьбе с организованной преступностью УМВД и сотрудники УСБУ в Луганской области ликвидировали остатки преступной группировки, орудовавшей на территории Кременского района. Ядро криминального формирования было разгромлено в 1994 году, однако "отростки" продолжали действовать. Сгоревший лес продавали через подконтрольные предприятия на шахты Донецкой области. Несмотря на несоответствие древесины техническим стандартам, руководители многих угольных предприятий ее покупали, поскольку она намного дешевле. И никто не думал о технике безопасности угольного предприятия.

За последние несколько лет лишь раз удалось поймать за руку поджигателя. Его задержали в прошлом году в районе города Кременное на месте преступления -- схватили как раз в тот момент, когда он разложил несколько костров. Сотрудники милиции выяснили личность задержанного -- это оказался 20-летний Максим П., работавший... пожарным местного лесного хозяйства. Суд вынес весьма лояльный приговор: два года лишения свободы с отсрочкой исполнения со сроком на два года. С поджигателя взыскали в доход государства 500 гривен.

А огонь продолжает бушевать: в этом году уже зарегистрировано 188 пожаров, уничтожено около 111 гектаров леса.

ПУТЬ ИЗ УКРАИНЫ В ИНДИЮ НАМЕРЕН ПОКАЗАТЬ СООТЕЧЕСТВЕННИКАМ НЕМЕЦКИЙ ПУТЕШЕСТВЕННИК КРИСТИАН ФРАЙ

И доказать, что понятие "страна третьего мира" к нам не относится

Владимир РУДЮК
"ФАКТЫ"

Хобби Криса -- странствия по миру на собственном мотоцикле и составление подробных хорошо иллюстрированных путеводителей для приверженцев "дикого" отдыха. Он выбирает, как правило, не слишком благополучные страны, которые, однако, среди истинных "дикарей" пользуются популярностью. Некоторые экстремалы неплохо знают третьи страны и склонны считать таковой неизвестную для них Украину. Любопытно узнать, какими видят нас "оттуда", и приятно, что немец Крис Фрай хочет развеять это заблуждение. Разминаясь в составлении путеводителя, он проехал на мотоцикле всю Америку от Аляски до Огненной Земли и может сравнивать.

-- Украину я выбрал не потому, что она неблагополучна, а потому что красива, -- говорит Крис, 36-летний компьютерный дизайнер. -- Это, пожалуй, все, что знает о ней до сих пор большинство моих соотечественников. Многие хотели бы увидеть Украину, но боятся, например, бандитов на ваших дорогах. Я проеду сам и напишу, каково путешествовать по Украине. Оттуда отправлюсь в Индию.

-- Почему для разминки ты предпочел латиноамериканские страны -- что, Украина так уж похожа на Гондурас?

-- У нас многие считают Украину сродни третьим странам, но я хочу опровергнуть это мнение. Расскажу, как там, а вы судите сами.

В Америке относительно безопасные дороги заканчиваются на границе с Мексикой. Южнее нужно быть готовым ко всему: крестьяне, индейцы, дикие звери спокойно забредают на шоссе, там и сям громадные выбоины, дорожное покрытие может вдруг просто исчезнуть, а освещения никогда и не было. Плюс местные водители, которые по ночам не любят включать фары. Ездить по дорогам Латинской и Южной Америки ночью все равно что искать смерти, и многие шоссе существуют лишь на картах.

Нужно быть уверенным, что машина и примус "переварят" некачественный бензин, который зальют на придорожной заправке. Причем чем дальше в глушь, тем больше в нем воды и выше цена. Запчасти следует взять с собой самые выносливые -- в местной автомастерской, единственной на сотню километров, их или не окажется вовсе, или предложат какой-то антиквариат. Постельное белье лучше иметь свое -- во многих мотелях чистую простынь не допросишься. Нужно быть готовым к тому, что в населенных пунктах ни с того ни с сего исчезнут свет, вода или вы въедете в район как всегда "неожиданно" вспыхнувшей эпидемии. Так что прививки от тифа и холеры обязательны. Перед выездом из США в Мексику я привился еще и от желтой лихорадки, но у вас, кажется, ее нет.

При въезде в те страны лучше застраховаться -- высока вероятность кражи или нападения. Мотоцикл даже в мотелях желательно оставлять во внутреннем дворе или втаскивать в комнату, в машине ночевать поближе к полицейскому посту. Деньги -- доллары США -- нужно иметь под рукой мелкими купюрами. Лучше всего по одному баксу для оплаты услуг на границе и на мелкие взятки, которых ждут все, от проходящего мимо полицейского до заправщика. На базарах, если расслабитесь, всучат фальшивые деньги на сдачу. Со всех документов необходимо запастись копиями, а то заберет какой-нибудь постовой вашу "корочку" -- придется больше платить. У меня были даже запасные номерные знаки (откуда не спрашивай), они пригодились, когда в Коста-Рике полицейский свинтил один, увидев, что я иностранец. Я не пошел в участок и не стал "отстегивать" -- мое путешествие заканчивалось, и через два дня я был дома.

Что замечательно в тех странах, так это радушие жителей и их готовность оказать услугу. Например, в Гватемале и Эквадоре, если ты готов пожить в семье за 60 долларов в неделю, к тебе будет приходить учитель, чтобы ты мог изучать испанский. И я надеюсь, что с третьими странами у Украины лишь одно сходство -- ее граждане столь же любезны.

НА МУСТАНГЕ ЧЕРЕЗ АНДЫ... НА РЫНОК ЗА РЫБОЙ ОТПРАВИЛСЯ ЖИТЕЛЬ ЗАКАРПАТЬЯ

Михаил Брыжак оказался первым белым человеком, забравшимся в глухой уголок Чили верхом и в одиночку

Владимир РУДЮК
"ФАКТЫ"

Лето в разгаре, толпы отпускников стремятся к излюбленным местам, где привычно комфортно, все договорено, испытано, оплачено... Но есть категория сумасбродов, которым милей всего неизвестность, вплоть до проблемы выживания. Такие отправляются в путь наугад, налегке, и истории их путешествий напоминают приключенческие романы.

Как многие его земляки, Михаил годами искал заработков по заграницам, возвращаясь домой лишь в июле, на день рождения мамы. Работал строителем в Чехии, затем столяром в Германии, нашел там жену, скопил капиталец. Немецкий хозяин, любитель путешествий, как-то рассказал Михаилу о Чили, солнечном Сантьяго, сказочно богатом рыбном рынке в городке Пуэрто-Монт на берегу Тихого океана и о том, что между этими двумя городами лежит не известная белым людям земля, которая с самолета смотрится девственной индейской вотчиной. И однажды утром 32-летний мужчина, словно загоревшийся мальчишка, побросал в сумку вещи, метнулся в аэропорт, а новый рассвет встречал уже в Сантьяго.

"Чилийцы сказали: "Этот гринго просто сумасшедший"

-- Утром ты проснулся и понял, что сегодня тебе срочно нужно в Чили?

-- В детстве я безумно любил книги о путешествиях в Южную Америку, об индейцах, Андах, пампасах, кондорах, однако в жизни ничего, кроме работы, до сих пор не видел, -- говорит Михаил. -- Незадолго до Рождества хозяин вспомнил о своих походах через Анды, рассказал о Чили, и я "заболел". Ночь не спал, а наутро решил хоть раз совершить какое-нибудь сумасбродство.

Самым героическим поступком было взять расчет у хозяина, примчаться в аэропорт, купить билет, пока не передумал, и сесть в самолет на Сантьяго. А там было уже не до геройства: я оказался в незнакомой стране, из языка которой знал только "бесса ме мучо", единственное известное мне место -- рынок в Пуэрто-Монт, где я хотел купить рыбу. Пошел в ближайшее туристическое агентство, сказал, что хочу проехать туда один и верхом -- открыть для себя землю между аэропортом и рыбным рынком... Переводчик передал мне слова клерка: "Уважаемый господин, вы, должно быть, не в своем уме. Это около 900 километров, большая часть пути без жилья и воды!" Мне отказали. Что делать дальше, я не знал. И вдруг на ступеньках агентства меня догнал тот самый переводчик: "Понимаете, агентство не может гарантировать вам жизнь на таком маршруте. Но как частное лицо я восхищаюсь вашей идеей. Я помогу вам купить хорошую лошадь".

Он действительно нашел для меня красивого черного скакуна. Хозяин, которому мой благодетель объяснил, что я задумал, подошел и сказал: "Послушай, гринго, ты просто сумасшедший. Но с этим конем, если сохранишь его, ты доберешься до Пуэрто-Монт. Только учти, он никогда не таскал вьюки, так что ехать тебе придется налегке..."

Коня я назвал Амиго (по-испански друг. -- Авт.) -- понимал все-же, что без друга в пути будет трудно. Я вез с собой легкую палатку, примус, немного одежды -- все это почти ничего не весило. Положив в сумку еды на два дня, я приторочил ее, как умел, поперек седла и 20 декабря выехал из города на юг, вдоль тянувшихся за горизонт Анд.

"Второй стаканчик писко выбил меня из седла"

-- В первый день мы одолели всего десять километров. Мой самодельный вьюк то и дело развязывался, приходилось слезать с седла и поправлять его, -- продолжает Михаил. -- Кроме того, мы с Амиго привыкали друг к другу, я боялся сразу его утомить, стереть ему спину... Приноровившись, в последующие дни мы одолевали по полсотни километров. Растительности почти никакой, но пейзаж фантастический: безлюдное сухое русло, щебень, песок, где на десяток километров одна Богом забытая маленькая ферма. Минувшая зима в тех местах была почти без осадков, реки превратились в убогие ручейки, иной раз полдня приходилось кружить в поисках воды. Мне хватало пары капель из фляги, но Амиго-то конь, ему много нужно!

Если бы у меня была вьючная лошадь, я мог запастись водой. Но не продуктами. Те, что купил в Сантьяго, к вечеру первого же дня испортились от жары. В тени (если мы ее находили) было тридцать градусов. После этого покупал еду у встречавшихся крестьян ровно на день -- и коню не тяжело, и не пропадет. День начинался с розысков какого-нибудь "кормильца", и лишь найдя его, мы двигались дальше на юг. Люди, которые видели нас с Амиго, качали головами: "Гринго, с одной лошадью здесь не ездят..." И признавались, что впервые видят белого человека одного и так далеко.

-- Как ты их понимал?

-- Эти две фразы они произносили так часто, что я их выучил, а потом попросил полицейского начальника, понимавшего немного по-немецки, перевести.

-- Довелось иметь дело с полицией?

-- Один раз в неделю я старался ночевать в какой-нибудь деревеньке или на ранчо, чтобы поспать в нормальной постели, постирать вещи и помыться. (В пути спали с конем под открытым небом, потому что в палатке жарко -- я зря таскал ее с собой, -- а в ручейках зачастую даже муху утопить было невозможно.) Однажды мы остановились на ночевку в нескольких километрах от деревни -- я не знал, что жилье так близко. Ночью Амиго, почуяв сородичей, отвязался и убежал. Наутро я пошел его искать и шесть часов спустя нашел в деревне, в полицейском участке, где он мирно жевал овес. Те шесть часов стали адом -- ведь я, казалось, остался один на краю света! Начальник полиции, немного знавший немецкий, строго-настрого наказал следить за конем, ибо без него в тамошней пустыне путнику "капут".

Все люди, которых я встречал вдали от цивилизации, поражали меня готовностью помочь -- это для них превыше всего. Поделиться едой, приютить до утра, отправиться среди ночи разыскивать сбежавшего чужого коня, мчаться в соседний город за врачом для заболевшего -- там это обычное дело. Они гостеприимны до невозможности. В той самой деревне по поводу приезда "сумасшедшего гринго" устроили родео, потом большую вечеринку и до четырех часов ночи расспрашивали о моей стране. Начальник полиции был за переводчика. Тогда я попробовал местный алкогольный напиток -- писко, светлое бренди. Уважаю крепкие напитки и привык к ним, однако после второго стаканчика писко в седло забраться не смог.

Следующей ночью Амиго умер. Ему вдруг стало плохо, он начал жалобно ржать и биться головой о стену. Доминго, хозяин дома, где я жил, побежал за ветеринаром, а когда выяснилось, что у того нет лекарств, поскакал в город, расположенный в шестнадцати километрах. Через час он вернулся с врачом, говорящим по-немецки, и медикаментами, однако было поздно. За четыреста километров до ближайшего аэропорта я все-таки остался безлошадным.

"Дочь доктора уже переходит на украинский"

-- Доктор Торрез, которого привез Доминго, забрал меня с собой в Консепсьон, второй по величине город Чили, чтобы оттуда я мог вернуться в Сантьяго. Я позвонил домой, в Германию, и услышал от своей жены, что она с таким идиотом не хочет иметь ничего общего. В этой семье встретил Новый год, отдохнул -- и решил повременить с возвращением. Особенно вдохновила на это старшая дочь доктора...

Господин Торрез сказал, что нового хорошего коня я могу найти лишь в двухстах километрах отсюда, в городе Темуко, на земле индейцев мапуче. Он рекомендовал обратиться там к его другу-ветеринару, и тот действительно выторговал у индейцев бойкого гнедого жеребца по сходной цене. За резвость бега и колючий характер я назвал его Мачете.

До Пуэрто-Монт оставалось совсем недалеко, как вдруг мне... расхотелось рыбы. Я не хотел ехать дальше на юг. И не хотел возвращаться домой. Еще три недели я провел в горах, мечтая увидеть кондора, царя Анд. И когда увидел, вернулся в Консепсьон, в дом доктора Торреза.

-- Позволь догадаться: дочь доктора была не против.

-- Господин Торрез тоже. Он говорит, что знает наших эмигрантов -- это хорошие работники и хозяева. В Консепсьоне достаточно мест, где мои руки пригодятся. Кроме того, доктор теперь думает строить собственное ранчо, а его дочь, начинающий журналист, уже плавно переходит с испанского на украинский...

СЕЛО АЛЕКСАНДРОВКУ В ПОЛТАВСКОЙ ОБЛАСТИ "АТАКУЮТ" БЕШЕНЫЕ ЛИСЫ

Анна ВОЛКОВА
специально для "ФАКТОВ" (Полтава)

Первая больная бешенством красная лиса появилась в селе Александровка Лубенского района на Полтавщине несколько недель назад. Искусав двух домашних собак, она забежала в сарай на другом конце села. Не растерявшись, хозяин сарая убил хищницу и на всякий случай решил сообщить об этом местному ветеринару. Лабораторные исследования объяснили причины неадекватного поведения животного.

А в прошлую субботу в село забежали еще две лисы. Одну загрызла собака, а другую на своем огороде убила палкой пенсионерка.

-- На протяжении последних тридцати лет в области смертельные случаи от заражения вирусом бешенства зафиксированы не были, -- рассказал заместитель главного ветеринарного врача области Александр Донцов. -- Хотя в целом ситуация остается сложной, как и по всей Украине. Только в этом году, по нашим данным, зафиксировано 106 случаев заболевания животных, большинство из которых -- крупный рогатый скот. Объясняется это слишком быстрым размножением популяции красных лис -- главных переносчиков вируса бешенства -- и их большой мобильностью. По санитарным нормам, одна красная лиса должна встречаться на двух тысячах гектаров угодий. И в последнее время эта норма на Полтавщине выдерживается, а в Лубенском районе она даже ниже.

Кроме санитарного отстрела, по словам председателя президиума областного совета Украинского объединения охотников и рыболовов Константина Боровика, проводится также вакцинация лис (возле нор кладут мясо, "начиненное" вакциной). Однако иммунитет вырабатывается не раньше, чем через два-три месяца, а за это время болезнь может прогрессировать.

Специалисты предупреждают, что, если кто-то из хозяев расправился с больной лисой самостоятельно, нужно следить, чтобы ее кровь не попала на открытые участки тела. После этого необходимо сообщить о случившемся местному ветеринару или в районное охотничье-рыболовецкое хозяйство, а труп животного сжечь и закопать. И обязательно сделать прививки домашним животным и контактировавшим с ними людям, так как вирус бешенства для непривитых людей смертелен.

ПРИ ВЗЯТИИ РЕЙХСТАГА СЕРЖАНТОВ ЕГОРОВА И КАНТАРИЮ, НЕСУЩИХ ЗНАМЯ ПОБЕДЫ, ПРИКРЫВАЛ "ВРАГ НАРОДА" КИЕВЛЯНИН ВЛАДИМИР ПРОХОРЕНКО

"Мои боевые товарищи попросили принять меня, узника воркутинского лагеря, в партию, и я даже подержал партийный билет ... две минуты," -- вспоминает ветеран войны Прохоренко, которому недавно исполнилось 90 лет

Александра ДЕНИСОВА
"ФАКТЫ"

"ФАКТЫ" уже писали о малоизвестных подробностях водружения знамени Победы над Рейхстагом. Сегодня нам удалось найти непосредственного участника тех событий, человека трагической и парадоксальной судьбы -- Владимира Васильевича Прохоренко, который дошел до Берлина бойцом штрафной роты -- роты смертников. Их бросали в самое пекло боя, они прокладывали своими телами дорогу к Берлину. В 1938-м году Прохоренко был осужден на 10 лет за "антисоветчину". "Вышло так, что я пошел искупать вину, которой, по сути, не было, -- размышляет Владимир Васильевич. -- Получилось, что я, враг народа, брал Рейхстаг и чудом выжил. Ведь мы, штрафники, были пушечным мясом..." На днях Владимиру Прохоренко исполнилось 90 лет, но майские дни 1945 года он помнит, словно это было вчера.

Поехав на рыбалку, Владимир Прохоренко попал в НКВД

В доме у супругов Прохоренко все так, как и должно быть у стариков: неторопливый разговор за большим столом, чай с вареньем. Охраняют покой этого дома две старенькие собачки, знаете, такие, какие бывают только у людей пожилых, -- верные маленькие друзья, очень похожие на хозяев. Перелистывая альбом с фотографиями, Владимир Васильевич начинает горячиться, вспоминая, как его молодость изуродовали сталинские репрессии.

В лагерь он попал по нелепой, как ему тогда казалось, случайности. Взяв отпуск, поехал на Десну и снял угол в сельской хате. Каждое утро заядлый рыбак отправлялся на рыбалку. И вот однажды на берег вышли стирать белье местные женщины. Они сразу распознали в молодом человеке горожанина и стали расспрашивать, что да как в Киеве. Особенно их интересовало, можно ли купить хороший ситец или сатин. Владимир Васильевич рассказал, что на Куреневке много маленьких лавочек, где есть и сатин, и ситец, но только нужно с вечера записаться в очередь, потому что желающих много. Через шесть дней к рыбаку на бережок пришел военный, лейтенант, и пригласил Прохоренко в сельсовет на беседу. В сельсовете они просидели несколько часов молча -- Прохоренко молчал, ожидая, что представитель власти разъяснит ему, в чем дело, но тот не торопился. Наш герой, еще ничего не подозревая, с нетерпением представлял, какой у него тем временем сом или судак на крючке. Как вдруг вошли дюжие молодцы. Позже выяснилось, что они из НКВД. Прямо с рыбалки его доставили в киевский изолятор. Невинный разговор о "напряженке" с тканями в киевских магазинах оказался ... антисоветской пропагандой и критикой советского строя!

-- Там разговаривали просто: в одном углу спросят, в другой -- летишь, -- вспоминает Владимир Прохоренко, -- Я не понимал, что им нужно. Держали несколько месяцев, а потом отправили в лагерь. Оказывается, за это время они братьев моих проверяли на "благонадежность". Слава Богу, их не арестовали, но мне применение нашли: руки-ноги крепкие, будешь работать на стройках коммунизма. Так я оказался в воркутинском лагере, где пять лет строил дорогу. Наш участок проходил от Ухты до Печоры. Вместе со мной строили эту дорогу еще 800 моих солагерников.

Люди постарше были совсем измучены адской работой, разве что надежда поддерживала в их истощенных телах огонек жизни. И Владимир подумал, что он-то -- молодой, а и то не протянет больше пяти лет. Узнав о возможности попасть в штрафную роту, Прохоренко подумал: "Будь что будет: или грудь в крестах, или голова в кустах". С 1941-го года охотников попасть в штрафники набирались единицы -- многие предпочитали как-то выживать в лагере. В 1943-м году Владимир Прохоренко отправляется на фронт.

После каждого боя живых штрафников оставалось вдвое меньше

-- У уголовников была своя компания, а у нас, политзаключенных, своя. Ведь мы так любили трудиться! Нас за это и там уважали -- до некоторой степени. Охрана лагерная не сильно нас караулила. И вот однажды нашу группу расконвоировали и послали в деревню Ухта, в мастерскую -- делать гробы для членов семей охранников. Ведь лагерь большой, охранники жили там прямо семьями, и, надо сказать, много людей умирало в ту пору. Конечно, заключенных в гробах не хоронили. Так вот, в Ухте к нам прибежали местные собаки, глупые, доверчивые. Мы их приласкали, удавку на шею и ... В общем, этой собачатиной мы несколько дней питались, делили по кусочкам, чтоб выжить. Ведь кормили баландой -- водой на муке. Нас держал хлеб. Делаешь норму -- дают тебе горбушку. Через пять лет я понял, что долго не протяну. Рядом люди умирали. Так что не от добра мы тех собачек съели...

Странное обстоятельство: при этих словах собачки супругов Прохоренко -- каштановая дворняжка Клепа и толстый лысеющий пудель Микки, неожиданно, как по команде, вышли из комнаты.

-- Видите, собаки вышли -- почувствовали. Жизнь была собачья в лагере. Но и в смертники не все уходили.Я воевал на 1-м Белорусском, и у нас в штрафной роте было человек сто. После каждого боя оставалась половина. Потом новых добавляли. А бросали нас на самые тяжелые участки, на прорыв. В своей книге "Знамя над Берлином" генерал-майор В.Шатилов, кстати, упоминает, что штрафники брали Берлин, но мало кто из них выжил. Штрафная рота на самом деле была с двух сторон под огнем: впереди нас -- пулемет немецкий, а позади -- пулемет советский. Почему, скажете вы? Наши ведь не знали, что мы будем делать, враги народа все-таки. Может, мы поднимем белый флаг и захотим сдаться в плен. Для этого в наши спины и смотрел пулемет.

В апреле 1945 года в составе знаменитой Шатиловской дивизии Прохоренко участвовал в штурме Берлина.

--Специально для прикрытия Егорова и Кантарии была организована группа из двадцати человек, собранных из разных полков. Людей подбирали дюжих, выносливых, опытных. Понятное дело, что из тех, кто помог флаг над Рейхстагом поднять, не один я был из штрафной роты, не один я был "врагом народа". За несколько дней до штурма нас познакомили, дали задание -- охранять знамя. Сидели в блиндаже, ожидая команды. Когда начался штурм Рейхстага, где-то часа в три, день, казалось, превратился в ночь -- так сильно потемнело от взрывов и шквального огня. Несли знамя в полевой сумке, а древко -- отдельно. Когда полковник занял первый этаж в Рейхстаге, нам дали команду. Из 20 человек на крышу дошли 14: на каждом этаже вели рукопашный бой. Конечно, мы не закрепляли на куполе знамя Победы -- это сделали Егоров и Кантария. Мы обеспечивали только прикрытие.

Когда рота, в составе которой был Прохоренко, приблизилась к последнему оплоту фашистской Германии, через канал вокруг Рейхстага уже была организована переправа. Вместо взорванных мостиков были переброшены деревянные балки, заборы. Внутри здания были взорваны лестницы, и бойцы перебрасывали доски так, чтобы можно было подняться. В бою на одном из первых этажей эсэсовец ранил Прохоренко в живот, и только благодаря тугому кожаному ремню он приостановил у себя кровотечение и смог добраться до самого купола.

Узнав о том, что в партию приняли репрессированного, билет давать на руки не стали

После водружения знамени немцев сотнями выводили из подвалов Рейхстага -- это были те, кто уже не хотел сражаться за великий Рейх, осознавая бессмысленность сопротивления.

Сам Прохоренко на стенах поверженного Рейхстага не расписался, как многие. За штурм Рейхстага штрафник-красноармеец получил благодарность и орден Отечественной войны. За взятие Берлина -- орден Красной Звезды. После взятия Рейхстага рота Хачатурова, в том числе и будущие прославленные герои Егоров и Кантария, поселилась в немецком домике.

-- Тут и проявились мои хозяйственные способности -- я же хозяйский сын. С малолетства маме свечу держал, когда она готовила, доила, поэтому многому научился. В сарае возле домика находились коровы -- откормленные такие... Помню, какими их увидел: все блестит от копыт до рогов, ходят по колено в соломе. Вымя полное -- немцев, видимо, давно не было. Так мы на молоке и отъелись, забыв про траншеи и окопы.

В этом домике мы и начали впервые говорить о том, как нас демобилизуют и отправят домой. Мечтали поскорее вернуться. Тогда-то ребята и узнали впервые, что я не коммунист. Егоров и Кантария загорелись, давай писать мне рекомендацию в партию. Я их отговаривал: "Не пишите, я же не из дому на войну ушел, а из Воркуты". Они рты раскрыли и спрашивают: "А что это?" Я им описал, что там люди отбывают заключение. Все рассказал про рыбалку свою незадачливую, про ситец. Ребята сказали: ерунда, война все спишет. И отправили эту бумагу хвалебную в политотдел.

Через некоторое время приехал за Прохоренко майор. В политотделе в Берлине вызывали по одному человеку. За столом сидели генерал-майор и два полковника.

-- Перед ними лежали партийные билеты (и мой среди них). Генерал-майор вручил, пожал мне руку, поздравил. А я вдруг ему и говорю: "Я вот уже коммунист, а не отразится ли на моем будущем то обстоятельство, что по приговору я был осужден на 10 лет и уже 5 из них отсидел в Воркуте?" Возникла длинная пауза. Такая длинная, что мне уже надоело смотреть этому генерал-майору в глаза. "По какой статье?" -- наконец спросил он. "Российская 58-я, украинская 54-я, пункт первый: агитация против Советской власти. Но я никого не агитировал, меня забрали с рыбалки". Вторая длинная пауза. "Куда поедешь после демобилизации? -- спросил, наконец, генерал-майор. -- Вот в твой Киев мы партийный билет и отправим, в районную организацию." Но я знал, что, как только я выйду из этой комнаты, мой партийный билет порвут. Так я и подержал его в руках всего две минуты. И всем говорю, что у меня стаж не 55 лет, а всего 2 минуты. Хотя я и Берлин брал.

Прохоренко вернулся в Киев. Слава Богу, не в лагерь. Послевоенная жизнь казалась совсем нелегкой. Первая жена его не приняла -- прошло много времени, не сложилось. Тогда судьба преподнесла ему подарок в виде "коллеги по несчастью" -- двадцатитрехлетней Зои, чей отец был расстрелян в 1938-м году, а мать посадили чуть позже -- за неосторожные разговоры о виновниках беды. Познакомились в строительной конторе. Прожили вместе 53 года.

-- Нас, может быть, статус репрессированных и сблизил, -- вспоминает Зоя Прохоренко. -- Володя мне сразу рассказал, что сидел. Я осиротела в 12 лет. Во время войны была в житомирском подполье, выполняла задания как связная. Восемнадцатилетней девушкой попала в партизанский отряд Шитова, где меня ранили во время бомбежки. Отправили в тыл. "Я подобрал себе голую и босую партизанку, -- смеется Владимир Васильевич. -- Судьба мне послала подругу боевую".

Жизнь действительно оказалась похожей на бой -- молодожены поселились в гнилом сарае. Была одна мысль -- выжить. Начали строиться, потому что на квартиру рассчитывать не приходилось. Владимир Васильевич -- столяр, руки золотые, в доме все сделал сам. Годы так и пролетели -- в трудах и заботах. За славой никогда не гнались. Владимир Васильевич редко вспоминал о своих заслугах. Связь с Егоровым и Кантарией потерял, да и найти их не стремился. Много лет проработал в интернате учителем труда. Увлекся пасекой, за 35 лет личного пчеловодства так привык к хорошему меду, что теперь на рынках покупать его не хочет. Когда переселился из частного дома в квартиру, все свои 30 ульев перенес за город -- пчелы, как дети, требуют ежедневной заботы. До 85 лет сам ездил, ухаживал за пчелами. "Сейчас на базаре торгуют медом, который смешан с сахаром, круто заваренным. Разве это мед? Ведь нужно и на гречку, и на акацию выезжать!" -- жалуются Владимир Васильевич и Зоя Дмитриевна.

Реабилитировали Владимира Васильевича в 1960 году. О заслугах никогда особенно не вспоминали. Благодаря комиссии по правам реабилитированных о Прохоренко стало известно в 90-е годы. О ветеранской машине супруги уже и думать забыли. "Я, наверное, до ста лет специально доживу -- посмотреть, дадут или нет". Не дают, несмотря на первую группу инвалидности и на то, что ходит-то бодрый старик на костылях... Впрочем, учитывая возраст и все пережитое, он на самом деле очень бодр. К несправедливости привык -- с момента ареста. Несколько лет назад даже не хотели давать медаль Жукова, вычеркнули из списка ветеранов, но после публикации в одной из газет о его судьбе все-таки восстановили. Однажды решил попросить слуховой аппарат, насмотревшись "Поля чудес", документы даже выслал Якубовичу. Но... По сей день слышит плохо. Хотя жену, женщину очень спокойную и тихую, понимает, даже если говорит она шепотом. Привычка, отработанная годами.

Сегодня орденоносца Прохоренко крепко тревожит Чечня, кровь, которая проливается там. Он следит за событиями на Кавказе, переживает. Слишком много за свою жизнь повидал... Отечественная война ни для кого не была безопасной. Но знать, что ты пушечное мясо, Владимир Васильевич не пожелал бы никому. Как и всем, кто сейчас воюет в Чечне. Подтверждение тому -- слезы в глазах человека, сделавшего так много для того, чтобы поднялось знамя Победы над Рейхстагом.

Всем, кто может помочь Владимиру Васильевичу в предоставлении качественного слухового аппарата, сообщаем контактный телефон: 433-22-47.